Глава 1. Этапы становления дактилоскопии в XX веке

Дактилоскопия берет свое начало в глубине веков. Кожные узоры были известны на Востоке уже более 1000 лет тому назад. Имеются данные, что оттиски пальцев служили в Китае еще в раннем Средневековье в качестве индивидуальной печати при заключении контрактов, при денежных операциях, для опознания младенцев в воспитательных домах и др. По-видимому, отпечатки пальцев применялись в Китае также и при разбирательстве некоторых уголовных дел. Однако не следует думать, что уже в Средние века на Востоке существовала дактилоскопия в современном смысле слова^[1].

Научный период дактилоскопии начинается с работ Л. Мальпиги и Я. Пуркинье (в XVII—XVIII вв.)^[2]. Развиваться же дактилоскопия как наука для конкретного, практического ее применения стала лишь во второй половине XIX в., когда в ней возникла насущная потребность. Подтверждением тому является то, что в течение довольно краткого периода времени разные люди в разных концах света, совершенно независимо друг от друга создали и развили прикладную науку дактилоскопии до уровня ее практического применения и использования, в частности в судопроизводстве^[3]. В это же время проводятся исследования в области идентификации личности и разработки системы регистрации преступников.

Так, ставший известным впоследствии криминалист Уильям Гершель (рис. 1.1), являвшийся с 1858 по 1879 г. секретарем британской администрации в Индии, в Джанипуре, изучал как удостоверительные знаки лица, так и отпечатки пальцевых узоров^[4].

Рис. 1.7. Уильям

Джеймс Гершель (William James Herschel, 1833—1917)

Следы пальцев и ладони руки создавали картину, полную причудливых изгибов, линий, спиралей и петель. В течение 19 лет У. Гершель вел записную книжку, называемую «Знаки руки». Он стал различать узоры линий и узнавать людей по «рисункам их пальцев». Гершель, постоянно углубляя свои знания в этой области, понял, что старость и болезни являются причиной изменения фигуры, лица людей, но при этом их пальцевые узоры останутся все теми же. Папиллярный узор пальцев рук является неизменным индивидуальным признаком человека, благодаря которому его можно опознать после смерти, и даже тогда, когда от человека, кроме лоскута кожи и пальцев его руки, ничего не останется^[5].

Гершель установил в одной из тюрем округа новый порядок регистрации заключенных. Во-первых, у каждого прибывающего арестованного отбирались отпечатки пальцев рук (указательного и среднего правой руки) в регистрационную карту, помещавшуюся в алфавитную картотеку. Во-вторых, проводилось подтверждение личности заключенного по отпечаткам в картотеке при установлении ранней судимости, а также отправке его в суд или в случае его смерти. Таким образом, У. Гершель установил индивидуальность папиллярных узоров, их неизменяемость на протяжении всей жизни человека и возможность их использования для идентификации личности.

В середине XIX в. изучением узоров на пальцах рук занимался шотландский доктор Генри Фолдс (рис. 1.2), являвшийся в то время врачом в больнице Цукиджи, в Токио. Фолдс предлагал отбирать отпечатки всех десяти пальцев для идентификации личности преступника.

К большому сожалению, ни исследованиями У. Гершеля, ни Г. Фолдса в свое время не было уделено никакого внимания классификации папиллярных узоров пальцев рук, несмотря на значительный их вклад в развитие дактилоскопии^[6].

Рис. 1.2. Генри Фолдс (Henry Faulds, 1843—1930)

Фрэнсис Галътон — один из тех ученых XIX в., которые так много сделали для прогресса естественных наук (рис. 1.3). Изучив работы Гершеля и Фолдса, Ф. Гальтон быстро понял, что если бы удалось осуществить их идеи, то открывающиеся при этом перспективы классификации пальцевых узоров для регистрации были бы поистине необозримы. После бесконечных опытов и тщательного изучения большого количества узоров Гальтон убедился в том, что есть четыре основных типа, от которых происходят все прочие рисунки. Он постоянно встречал треугольное образование из папиллярных линий, находившееся в отпечатке либо слева, либо справа. Другие отпечатки имели по два или по нескольку треугольников. Были отпечатки, вообще не имевшие треугольников в своих узорах.

Фрэнсис Гальтон установил, что если у каждого человека взять отпечаток, то его можно поместить в один из ящиков картотеки с учетом рисунка. Если же брать два отпечатка на одну карточку, то получается уже 16 комбинаций узоров. А если все 10 отпечатков — 1 048 570 возможных комбинаций узоров и, соответственно, классов отличия (рис. 1.4). Таким образом, при отборе отпечатков всех 10 пальцев вероятность совпадения по математической теории вероятности равняется 1:64 000 000 000, т. е., приняв во внимание общую численность населения на Земле, можно считать, что совпадение следов пальцев двух человек практически невозможно^[7].

Рис. 13. Сэр Фрэнсис

Гальтон (Francis Galton, 1822—1911)

Рис. 1.4. Отпечатки десяти пальцев

В 1892 г. в Лондоне Гальтоном была закончена и в том же го

ду увидела свет книга «Отпечатки пальцев», в которой рассматривался вопрос об использовании отпечатков пальцев как способа идентификации. Это и явилось базой для создания системы уголовной дактилоскопической регистрации.

Рис. 1.5. Эдвард Генри (Sir Edward Henry, 1^st Baronet, 1850—1931)

Эдвард Генри — генеральный инспектор полиции Бенгалии, провинции в Британской Индии, в 1892 г. обратил внимание на проблему практической классификации отпечатков пальцев (рис. 1.5). Генри занимался изучением вопроса о возможности использования отпечатков на месте преступления в качестве вещественного доказательства, написал книгу «Классификация и использование отпечатков пальцев».

В ноябре 1900 г. в Англии перевели всю систему идентификации преступников на дактилоскопию, предложенную Генри, т. е. была введена дактилоскопическая регистрация.

Большой вклад в развитие дактилоскопии Франции был внесен Эдмоном Локаром (рис. 1.6). Им была дана общая ха

рактеристика свойств папиллярных узоров, которые имеют значение для идентификации (постоянство, неизменяемость, разнообразие), свидетельствуют о заболеваниях, закономер

ности наследственности и др. Э. Локар предложил правило,

в котором количественный показатель должен соответствовать качественной оценке, т. е. если имеется более 12 совпадений особенностей и отпечаток пальца четкий, то достоверность тождества неоспоримая. Если есть 8—12 особенностей, то достоверность зависит от четкости отпечатка, редкости типа, присутствия центра узора и дельты в совпадающей области.

Эдмон Локар разработал пороскопический метод исследования^[8], который получил свое практическое применение в России только в 1980—1990 гг.

В 1902 г. дактилоскопия была введена во Французском Индокитае и Египте, в 1903 г. — в Дании и Германии, в 1906 г. — в Швеции и Норвегии, в 1907 г. — в Голландии и других странах^[9]. Таким образом, с начала XX столетия произошла замена антропометрии дактилоскопией, которая заняла прочное место как самостоятельное направление.

Следует также отметить и еще одного сторонника дактилоскопического метода криминалистической регистрации — Хуана Вучетича (рис. 1.7), по инициативе которого аргентинский парламент в 1916 г. принял закон о всеобщем дактилоскопировании, в связи с чем все аргентинские граждане и иностранцы, постоянно проживающие в Аргентине, подлежали дактилоскопированию. Хотя данный закон не нашел своего практического применения и был отменен в 1917 г., он имел огромное значение, так как впервые в истории был создан прецедент расширения оснований для проведения дактилоскопической регистрации.

Рис. 1.6. Эдмон Локар (Edmond Locard, 1877—1966)

Рис. 1.7. Хуан Вучетич (JuanVucetich, 1858—1925)

Развитие дактилоскопии в России в XX в. можно условно разделить на шесть этапов.

Первый этап — период возникновения и становления дактилоскопии, который прерывается революцией 1917 г.

Второй этап — период восстановления после революции 1917 г. В это время происходило формирование правовых основ государства, зарождалась криминалистика как наука. Совершенствовались правовые нормы, укреплялась законность путем принятия первых уголовно-процессуальных кодексов, предусмотревших такой источник доказательств, как заключение эксперта.

Третий этап — период с 1930-х гг. В это время происходит развитие криминалистики как науки. Открыты курсы по подготовке экспертов-криминалистов, научно-техническое отделение центральной школы милиции НКВД СССР. Формируется частная теория криминалистической регистрации. Развитие этого периода прерывается начавшейся Великой Отечественной войной.

Четвертый этап — это период Великой Отечественной войны, несмотря на которую была проведена большая научно-исследовательская работа.

Пятый этап — 1940—1950-е гг., которые связаны с восстановлением экспертной деятельности.

Шестой этап — это период автоматизации, начинающийся с 1960-х гг. и по настоящее время (период до автоматизации и автоматизации).

Рассмотрим более подробно вышеуказанные этапы развития дактилоскопии.

В России дактилоскопия начинает применяться в дополнение к таким методам регистрации, как антропометрия и судебно-полицейская фотография. Папиллярные узоры отпечатков в регистрационных бюро России использовались в антропометрических картотеках в качестве дополнительных особых примет за несколько лет до разработки и введения дактилоскопической регистрации за границей. С 1905 г. она начинает применяться в охранных отделениях. При тюрьмах были созданы дактилоскопические бюро, задача которых — дактилоскопирование заключенных, опубликованы Правила о производстве и регистрации отпечатков. Министерство внутренних дел в 1907 г. издало ряд циркуляров о применении дактилоскопии полицией, в которых указывалось, на каких поверхностях чаще всего сохраняются потожировые следы пальцев рук, как их обнаруживать, выявлять и фотографировать, также давались указания по поводу дактилоскопической экспертизы (сличения), которая должна проводиться экспертами из числа «заведующих дактилоскопической регистрацией». В Инструкции, приложенной к циркуляру № 1 «О применении антропометрии и фотографии к регистрации преступников», указывалось: «Дактилоскопия является наилучшим способом классификации карточек с приметами и применяется или самостоятельно (без фотографий), или же как дополнительное средство удостоверения личности, для чего выше помещенная антропометрическая карточка снабжена внизу шестью оттисками: указательного и большого пальцев левой руки и большого, указательного, среднего и безымянного пальцев правой руки преступника».

К числу русских криминалистов, занимавшихся вопросами организации сыска, совершенствованием уголовной регистрации, разработкой технических приемов дактилоскопии, относятся начальник московской сыскной полиции генерал В. И. Лебедев, уездный полицейский исправник Н. М. Снегирев и др. Наибольший вклад в различные направления сыскной деятельности был внесен В. И. Лебедевым. Он разработал систему дактилоскопической регистрации, которую опубликовал в дополнение к Правилам отдельной брошюрой под названием «Дактилоскопия», что было весьма своевременным.

В 1908 г. во всех вновь образованных 89 сыскных отделениях организуются справочные регистрационные бюро, которые содержали:

• 1) фотографию с антропометрическим и дактилоскопическим кабинетом, где проводилось также описание примет преступников по системе словесного портрета;
• 2) карточную регистратуру с фотографиями, антропометрическими и дактилоскопическими данными (два экземпляра регистрационных карт высылались в Центральное регистрационное бюро департамента полиции, где функционировала центральная справочно-регистрационная картотека);
• 3) справки о судимости и сведения о содержащихся лицах в местных тюрьмах:
  • — карточный разыскной алфавит;
  • — альбом преступников и «лиц порочного поведения» по категориям преступлений (дубликаты фотографий высы
• 1

См.: Смирнов М. П. Становление и перспективы развития дактилоскопического метода криминалистического учета : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1982. С. 17.

лались в Центральное регистрационное бюро, где был заведен централизованный альбом);

• — коллекцию почерков, орудий преступлений, воровских инструментов, мошеннических приспособлений и пр.;
• — сведения по текущим наблюдениям;
• — газетные вырезки и сведения.

Регистрационное бюро занималось также производством криминалистических экспертиз^[10].

Требовалось изучить и освоить опыт, приобретенный в данной сфере в странах Западной Европы, поэтому в 1911 г. правительством России в Лозанну была откомандирована группа представителей следственных и судебных органов, во главе которой был юрисконсульт Министерства юстиции С. Н. Трегубов^[11].

В 1911 г. судебный следователь С. М. Потапов организует судебно-технический кабинет, в котором ведутся практические занятия по криминалистике. Первый судебно-технический кабинет функционировал в Училище правоведения, в последующем криминалистику изучают и в Военно-юридической академии^[12].

Для технического обеспечения процесса расследования преступлений было принято решение о создании особых кабинетов. В законе от 28.06.1912 «О кабинете научно-судебной экспертизы» было обозначено: «При прокуроре Санкт-Петербургской судебной палаты состоит кабинет научно-судебной экспертизы для производства исследований по уголовным и гражданским делам посредством фотографии, дактилоскопии, химических и микроскопических анализов и иных приемов, за исключением исследований, применяемых врачебными отделениями губернских правлений, а также для оказания в особо важных случаях содействия следственной власти к обнаружению виновного и выяснению преступления или к установлению невиновности подозреваемого»^[13].

В первом кабинете вся нагрузка распределялась по трем отделам: фотографическому, уголовно-техническому, химическому. Фотографический отдел осуществлял фиксацию места преступления с помощью фотосъемки, предметов, поступающих на исследование, и микроскопическое исследование документов. Обнаружение и фиксацию следов, в том числе следов рук, обеспечивал уголовно-технический отдел, анализ веществ и материалов — химический отдел. За 1913 г. нагрузка на кабинет составляла 272 исследования по уголовным делам, в том числе 43 дактилоскопических^[14].

В июле 1913 г. издается закон «Об учреждении кабинетов научно-судебной экспертизы в городах Москве, Киеве, Одессе» в связи с ростом нагрузки и необходимостью обеспечения деятельности следствия и уголовного розыска. За 1914 г. этими кабинетами было проведено соответственно 251, 216, 215 исследований, в том числе по дактилоскопии 55, 33, 11, что в среднем от общего числа исследований составило 14 %^[15].

Практика борьбы с преступностью требовала создания таких кабинетов на всей территории России, но начавшаяся Первая мировая война, востребовавшая на себя дополнительные денежные и профессиональные ресурсы страны, не позволила решить эту задачу. Во время Февральской революции 1917 г. при пожаре Петербургский кабинет научно-судебной экспертизы был уничтожен, в 1918 г. свою деятельность прекратил и Московский кабинет. Но все же вопреки этим сложившимся негативным обстоятельствам существование вышеуказанных структур стало основой будущих научно-технических подразделений вновь образованных Народных комиссариатов внутренних дел и юстиции.

Руководством Центророзыска при Главном управлении Советской рабоче-крестьянской милиции НКВД РСФСР дано указание организовать бюро для производства регистрации преступников при помощи дактилоскопии и фотографии при уголовном розыске. Было предложено подвергать регистрации всех лиц, заподозренных в совершении преступления по уголовным делам, и лиц, которые хотя бы раз отбывали тюремное заключение за уголовное преступление. До этого действовали необязательные правила регистрации преступного элемента, когда особо опасные преступники могли отказаться от регистрации.

В январе 1919 г. введена регистрация судимости, в феврале — коллегия НКВД утвердила смету на организацию кабинета судебной экспертизы, дактилоскопического и регистрационного бюро и музея, — и все это несмотря на значительные кадровые и финансовые затруднения. В 1921 г. дактилоскопическое и регистрационное бюро реорганизовались в Центральное регистрационно-дактилоскопическое бюро, которое входило в состав Научно-технического подотдела. Наблюдались трудности в подборе опытных дактилоскопистов, а также связанные с отсутствием необходимых помещений для правильного хранения регистрационных материалов. На местах, одновременно с созданием централизованных учетов, проводилась и эта работа. Появилась необходимость восстановления всех учетных материалов, в связи с чем руководство уголовного розыска во все отделы направило рекомендации. В Москве и некоторых других городах регистрационный материал уголовного розыска и стола приводов в некоторой мере сохранить удалось. Например, в столе приводов Московского уголовного розыска в дополнение к картотекам кличек и сигналетических фотоснимков преступников остался дактилоскопический учет в виде отпечатков пальцев правой и левой руки, выполненных на разных сторонах дактилоскопической карты (далее — дактилокарта), с выведенными формулами по семибалльной системе. Даже в период формирования Научно-технического подотдела работа по формированию дактилоскопической картотеки не прекращалась, поэтому уже в июне 1922 г. было собрано 17 000 регистрационных карт.

С 1922 г. создаются сети научно-технических подразделений в некоторых крупных городах, так как появилась необходимость расширения возможностей использования специальных знаний в процессе расследования преступлений.

Резкое увеличение массива дактилокарт — за 1923 г. было собрано 24 229 дактилокарт преступников — обусловило необходимость восстановления разрушенного регистрационного аппарата. Заведующий Центральным регистрационным бюро П. С. Семеновский разработал систему, которая основывалась на выведении основной и дополнительной формул для 10-паль-цевой дактилоскопической картотеки^[16]. Результаты исследований были опубликованы в работе «Дактилоскопия как метод регистрации», которая вышла в свет в 1923 г. Формульная система П. С. Семеновского была сразу же внедрена в работу подотдела и поныне применяется в современной практике ОВД. Всего за три года была заложена основа нового учетно-статистического аппарата: с 1922 по 1924 г. на всей территории СССР была введена единая централизованная дактилоскопическая система регистрации преступников (хотя юридически введение закреплено в 1931 г. вместе с созданием в Объединенном государственном политическом управлении (ОГПУ) Главной инспекции милиции), а также создана картотека трупов неизвестных граждан^[17].

В августе 1925 г. из Научно-технического подотдела выделено Центральное регистрационное бюро, вошедшее одновременно со справочно-разыскным столом в новый подотдел дактилоскопии, который возглавлял П. С. Семеновский. Это явилось следствием увеличения объема проводимой регистрационной работы. Научно-технический отдел под руководством С. М. Потапова занимался экспертной и организационно-методической работой. Научно-техническим подотделом отдельно ставились и частично решались задачи, связанные с разработкой и внедрением новых способов регистрации преступников для предупреждения и раскрытия преступлений. Отделами осуществлялось развитие информационной деятельности по содействию в предупреждении и раскрытии преступлений на местах, установлению личности, в том числе неопознанных трупов и лиц без вести пропавших, и розыску преступников^[18].

На основании Постановления СНК РСФСР от 27 июня 1927 г. осенью того же года при отделе уголовного розыска Центрального административного управления (ОУР ЦАУ РСФСР) открылись курсы по подготовке научно-технических экспертов, а в 1932 г. создано Научно-техническое отделение (НТО) в составе оперативного отдела Главной инспекции милиции ОГПУ НКВД СССР. Было очень важно укрепить научно-технические подразделения квалифицированными специалистами. В результате к 1940 г. 30 научно-технических отделений и групп на 25 % были обеспечены специалистами. Это позволило также поддержать необходимый уровень криминалистического обеспечения в этой области деятельности во время Великой Отечественной войны. Например, дактилокарта, которая была эвакуирована в годы войны из г. Москвы в г. Уфу, продолжала функционировать благодаря специально составленному в 1937 г. старшим экспертом Отдела уголовного розыска Главного управления рабоче-крестьянской милиции (ОУР ГУ РКМ) Б. М. Комаринцем^[19] формульному кодированию дактилокарт. Коды передавались по телефонной связи «ВЧ», что в свою очередь резко сокращало время проверки лиц, подозреваемых в совершении преступления, до 2—3 ч. Помимо производства экспертиз и исследований, за четыре года войны сотрудники Научно-технического отделения оперативного отдела Главного управления милиции (ГУМ НКВД СССР), проведя научно-исследовательскую работу, разработали прибор для дактилоскопических исследований, фотографические аппараты для исследования следов пальцев рук, выпустили оперативно-методическую ориентировку для сотрудников милиции по следам пальцев рук. Другие подразделения также занимались научно-исследовательской деятельностью, например в Научно-техническом отделении Управления милиции Краснодарского края в 1944 г. закончили научную работу по теме: «Оперативное использование пальцевых следов на месте преступления для установления преступников»^[20].

Уровень научной работы и качество выпускаемых информационных и оперативно-методических ориентировок повысился с созданием Научно-исследовательского института^[21] при Научно-техническом отделе ГУМ НКВД СССР. Благодаря А. И. Пуртову была разработана пятипальцевая система классификации следов пальцев рук, обнаруженных при осмотрах мест происшествий. Основоположниками частной теории криминалистической регистрации, которая начала формироваться в 1930— 1940-е гг., были П. С. Семеновский, А. И. Винберг, И. Н. Якимов, Б. М. Шавер. В 1941 г. опубликованы работы Д. П. Рассейкина «Регистрация преступников в СССР» (Харьковский юридический институт), А. И. Князева «Уголовная регистрация» (Московский юридический институт)^[22]. Эти научные исследования заложили основу теории криминалистической регистрации и новые подходы в дактилоскопии.

Вопросы для самоконтроля

• 1. Когда появилась дактилоскопия?
• 2. Назовите основоположников науки дактилоскопии.
• 3. Что из предложенного Фрэнсисом Гальтоном и Эдвардом Генри применяется правоохранительными органами и в настоящее время?
• 4. Каковы этапы становления дактилоскопии в России?
• 5. Какие научные исследования заложили основу теории криминалистической регистрации и новые подходы в дактилоскопии?

Авторы: Проткин Алексей, Бондаренко Роза, Сафонов Андрей, Татарчук Алла, Устинов Вадим

• [1] См.: Криминалистика / под ред. А. Я. Вышинского. М. : Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1938. С. 41.
• [2] См.: Локар Э. Руководство по криминалистике / пер. с фр. С. В. Позны-шева, Н. В. Терзиева ; под ред. С. П. Митричева. М. : Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1941. С. 24.
• [3] См.: Дактилоскопирование в органах внутренних дел : учеб, пособие / А. А. Сафонов [и др.] ; рук. авт. кол. А. А. Сафонов. М. : Изд-во Моск, ун-та МВД России им. В. Я. Кикотя, 2019. С. 6—8.
• [4] См.: Майлис Н. П., Ярмак К. В., Бушуев В. В. Дактилоскопия и дактилоскопическая экспертиза : учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «Судебная экспертиза». М. : ЮНИТИ-ДАНА ; Закон и право, 2017. С. 9—10.
• [5] См.: Крылов И. Ф. В мире криминалистики. Л., 1980. С. 350.
• [6] См.: Торвальд Ю. Век криминалистики. М. : Прогресс, 1991. С. 19—24.
• [7] См.: Майлис Н. П., Ярмак К. В., Бушуев В. В. Дактилоскопия и дактилоскопическая экспертиза. С. 16.
• [8] См.: Локар Э. Руководство по криминалистике / пер. с фр. С. В. Позны-шева, Н. В. Терзиева ; под ред. С. П. Митричева. С. 24.
• [9] См.: Ялышев С. А. Криминалистическая регистрация: проблемы, тенденции, перспективы. М., 1998. С. 25.
• [10] См.: Попов В. И. Из истории дореволюционной русской криминалистики // Вопросы криминалистики. 1962. № 6—7. С. 269.
• [11] См.: Трегубов С. Н. Основы уголовной техники: научно-технические приемы расследования преступлений. М., 1915.
• [12] См.: Макеева Н. В. Становление и развитие экспертно-криминалистической службы органов внутренних дел : учеб, пособие. Калининград : Калининград. юрид. ин-т МВД России, 1998. С. 13.
• [13] Свод законов Российской империи. Т. 16. Ст. 1237.
• [14] См.: Отчет о деятельности кабинета научно-судебной экспертизы при прокуроре Санкт-Петербургской судебной палаты за период времени с 9 декабря 1912 г. по 1 января 1914 г. № 5. СПб. : Журнал Министерства юстиции, 1914. С. 272.
• [15] См.: Краткий очерк деятельности кабинетов научно-судебной экспертизы в 1914 г. № 6. СПб. : Журнал Министерства юстиции, 1915. С. 308—336.
• [16] См.: Семеновский П. С. Дактилоскопия как метод регистрации. М., 1923. С. 6.
• [17] См.: Бондаренко Р. В. Автоматизация в дактилоскопии : учеб, пособие. М. : Щит-М, 2013. С. 18 ; Циркуляр ЦАУ НКВД № 571 «Об установлении центральной регистрации неопознанных трупов и бесследно пропавших». М., 1924.
• [18] См.: Бондаренко Р. В. Автоматизация в дактилоскопии. С. 18 ; Центральный государственный архив РФ. Ф. 393. Оп. 66. Д. 203. С. 12.
• [19] См.: Комаринец Б. М. Дактилоскопическая идентификация на расстоянии: практическое руководство. М., 1937.
• [20] См.: Макеева Н. В. Становление и развитие экспертно-криминалистической службы органов внутренних дел : учеб, пособие. С. 34.
• [21] См.: Бондаренко Р. В. Автоматизация в дактилоскопии. С. 19 ; Приказ НКВД СССР от 19.12.1945 № 001529 «Об организации Научно-исследовательского института криминалистики в составе Научно-технического отдела Главного управления милиции НКВД СССР».
• [22] См.: Диссертации советских криминалистов (1938—1955) // Советская криминалистика на службе следствия. 1956. Вып. 8. С. 130—132 ; Библиографический справочник диссертаций / сост. В. А. Рахлевский, К. Г. Борисов. Душанбе, 1965. С. 282, 286.