Предисловие

Одним из важнейших компонентов коллективной идентичности — гражданской, национальной, этнической — является историческая память сообщества. Ее фундаментальное значение определяется тем, что идентичность транслируется из поколения в поколение в большой степени именно через передачу исторической памяти. Межгенерационное воспроизводство идентичности социума обеспечивается не только передачей в ходе процессов социализации единых общих ценностей и норм, составляющих культурное лицо общества, но и трансляцией молодому поколению принятой социумом интерпретации фактов и событий исторического прошлого.

В такой трансляции и заключается важнейшая функция исторической памяти. Нация, социум, как и всякий коллектив, существует в темпоральных измерениях прошлого, настоящего и будущего. Лишаясь любого из этих измерений, сообщество становится ущербным и распадается, поскольку интерпретация прошлого и социальный проект будущего фиксируют в сознании людей пройденный ими исторический путь и ожидающие их перспективы, ради которых нужно совершать осмысленные усилия. Историческая память рисует портрет коллективного прошлого, который необходим обществу, чтобы понять себя, свои истоки и традиции, и строить такое будущее, в котором возможно будет не потерять все это, а сохранить и приумножить лучшее, осмыслить и преодолеть худшее.

Необходимо отдельно остановиться на таком аспекте исторической памяти, как социокультурная травма. Травмы такого рода — неизбежные составляющие исторической памяти народа, связанные с пережитыми им трудными периодами и испытаниями. Особенность травм в том, что они длительное время хранятся коллективной памятью не только осознанно, но и на уровне коллективного бессознательного, являясь причиной возникновения длительно существующих коллективных фобий и устойчивых паттернов поведения. Историческая память включает в себя коммеморативные репрезентации травмирующих событий прошлого и транслирует их поколениям, которые эти события не застали. Это еще один фактор значимости исторической памяти для общества, поскольку от социальной рефлексии в отношении таких событий, их осмысления обществом зависит его дальнейшее развитие. Социокультурные травмы препятствуют нормальному развитию, фиксируя внимание общества или отдельных социальных или этнических групп на травматичных моментах прошлого, заставляя коллективное сознание «застревать» на них.

Но и противоположный путь — замалчивание травматичного исторического опыта, вытеснение его из актуального общественного дискурса — не является выходом из положения. Такое вытеснение не решает застарелых проблем, а лишь приводит к тому, что они переходят на уровень коллективного бессознательного, превращаясь в неосознаваемый источник социальных фобий. Травмы должны прорабатываться, а для этого необходима работа с исторической памятью.

Совершим небольшой экскурс в область методологии. Историческую память в целом и ее компоненты можно рассматривать двояким образом: в парадигмах объективизма и конструктивизма. Объективистское понимание исторической памяти как феномена ориентировано главным образом на объективные события истории, хранилищем которых историческая память и выступает. В этом смысле и травма рассматривается как объективный факт, имевшее место историческое событие.

С точки зрения конструктивизма и сама историческая память, и все, что с ней сопряжено, в том числе и культурные травмы, могут представать достаточно разными: они связаны не с самими объективными событиями, а с интерпретациями этих событий. А интерпретаций, как известно, может быть достаточно много, и их содержание зависит от интерпретирующего субъекта. Различные коллективные субъекты могут с существенными различиями конструировать память прошлого в своих частногрупповых интересах или под влиянием травматических деформаций коллективных представлений.

Именно поэтому важнейшей задачей является сохранение исторической памяти в состоянии, не допускающем деструктивных для общества интерпретаций.

В то же время опасна и частичная утрата исторической памяти, так как полностью изгладиться она не может, а может только уйти из сферы общественного внимания и осознания, а следовательно, из-под контроля общества, превратившись в ресурс возможных деструкций.

Возвращаясь к нерасторжимой связи между исторической памятью и коллективной социокультурной идентичностью, необходимо подчеркнуть также, что историческая память является фундаментом социетального единства — именно благодаря тому, что она составляет важный компонент идентичности. В норме под исторической памятью подразумевается нечто единое и нераздельное для всего общества, — то, что можно без существенных проблем и препятствий транслировать из поколения в поколение.

Однако в реальности далеко не всегда дело обстоит так просто. Поскольку общество неоднородно, имеющиеся социальные группы и культурные общности могут по-разному видеть собственное прошлое и прошлое социума в целом. Эти интерпретации могут оказаться конфликтующими между собой, что таит серьезную угрозу общественному единству. Тем более когда общество, подобно российскому, издавна является поликультурным, поликонфессио-нальным и полиэтничным. Каждое из сообществ имеет собственные травмы и притязания, и это, естественно, находит отражение в их интерпретациях истории.

Единство исторической памяти — культурная основа социеталь-ного единства и гражданской солидарности. Разумеется, это задача не из легких. Но до тех пор, пока конструируются и поддерживаются конфликтующие между собой коммеморативные интерпретации, они могут выступать помехой в процессе социальной интеграции и формирования российской общегражданской идентичности. Работа с исторической памятью сложна, но необходима для того, чтобы вывести на уровень сознания и осмыслить неосознаваемые травматические содержания, снизить их социально-деструктивный потенциал. Поэтому и изучение феномена исторической памяти сохраняет актуальность и востребованность для общества, нуждается в глубоком и всестороннем теоретическом развитии.