ПРОБЛЕМА СТАНОВЛЕНИЯ Я-КОНЦЕПЦИИ У ДЕВОЧЕК И МАЛЬЧИКОВ МЛАДШЕГО ШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА

Я-концепция как предмет психологических исследований

Проблема изучения Образа-Я человека является одной из центральных в современной психологической науке, о чем, в частности, свидетельствуют многочисленные исследования в области общей (К. А. Абульханова-Славская, 1991; У. Джемс, 1991; А. В. Иващенко, В. С. Агапов, И. В. Барышникова, 2002; И. С. Кон, 1981; Р. Мейли, 1982; К. Роджерс, 1994; С. Л. Рубинштейн, 2006; И. И. Чеснокова, 1977; Э. Эриксон, 1996), социальной (Г. М. Андреева, 2000; Е. П. Белинская, О. А. Тихоман- дрицкая, 2009; Р. Бернс, 1986; Д. Майерс, 1998; С. И. Розум, 2006; Т. Шибутани, 1998; Н. Tajfel, 1982; J. Turner, 1985), возрастной (Н. Н. Авдеева, 1988,1996; Т. В. Архиреева, 2005, 2008; Е. В. Басина, 1988; Л. И. Божович, 1968, 1995; Л. С. Выготский, 1984, 2004; М. В. Галимзянова, 2006; И. Т. Димитров, 1979; Т. В. Ермолова, И. С. Комогорцева, 1995; А. В. Захарова, 1989; Г. Крайг, 2000; М. И. Лисина, 1997; Т. Н. Овчинникова, 1986; О. В. Хухлаева, 1990; Э. Эриксон, 1996), специальной (Т. В. Гордеева, Г. А. Мишина, 2005; И. А. Конева, 2002; Т. И. Кузьмина, 2005, 2006; Л. Э. Семенова, 2008, 2009), педагогической (Р. Бернс, 1986; А. Н. Евсеева, 2000; Л. В. Москвичева, 2003; А. М. Прихожан, Е. А. Сорокоумова, 2002; Н. Н. Толстых, 2005; Н. К. Радина, 2000) и ряде других отраслей психологии.

Следует заметить, что данная проблематика весьма серьезно заявила о себе еще в конце XIX — начале XX вв., прежде всего, в работах У. Джемса, вслед за которым в психологии переживаемое человеком Я стало принятым разделять на Я как субъект (self) и Я как объект (те). Я как субъект (Я сознающее) служит источником активности; именно с ним связано переживание личностью собственной тождественности, целостности субъективного опыта, относящегося к Я. В свою очередь, Я как объект содержит множество разнообразных характеристик, которые личность относит к своим и которые в итоге представляют из себя систему описаний различных аспектов Я в общепринятых в той или иной культуре категориях [67].

Вообще, как убедительно свидетельствует предпринятый нами анализ литературы, понятие «Я» на сегодняшний день является одной из старейших философско-психологических категорий, которая широко используется во всех науках о человеке и обществе. При этом многообразие существующих в психологической науке подходов к проблеме «Я» продиктовано разными теоретико-методологическими и философскими ориентациями ученых, в связи с чем происходит некоторое смешение в терминологии. К тому же нередко понятие «Я» сливается, с одной стороны, понятием «личность», тогда как с другой, — с понятием «самосознание», хотя на самом деле ни в том, ни в другом случае не исчерпывает их содержания [100, 101].

В «Современном словаре по психологии» можно встретить следующее определение «Я»: «Я — это специфическо-индивидуальное выделение субъектом самого себя среди других субъектов из экстеросреды — социума, с ориентацией на свою индивидуально — биологическо-социальную целостность, с учетом временных рамок прошлого, настоящего и будущего» [213].

Проведенный А. В. Иващенко, В. С. Агаповым и И. В. Барышниковой анализ отечественных психологических исследований, посвященных проблеме «Я», показывает, что эту категорию можно рассматривать с нескольких позиций, а именно:

  • — природно-генетической — как корень всех психофизиологических, психических процессов, состояний и свойств;
  • — функциональной — как точку отсчета в восприятии, познании, понимании, сознании мира;
  • — функционально-динамической — как механизм обеспечения идентичности при изменении состояний, динамике психических процессов, взаимодействий личности с миром;
  • — активационной — как источник активности, инициации энергии;
  • — интеграционной — как стержень различных уровней психической организации;
  • — системной — как эпицентр личностной системы [87].

Следовательно, именно «Я» обеспечивает тождество в изменениях личности, в том числе динамике жизни, единство в разнообразии функциональных явлений, представляет ядро ее саморегуляции и т. п.

Изначально «Я» возникает как некая самость. При этом, по мнению авторов, «Я» как самость отлична от Я-концепции.

Самость включает уровень бессознательного, который предшествует становлению личности. Первичное «Я» — это механизм саморегуляции, а также источник активности, энергии, вертикаль развития индивида, становления личности, ее включения в культуру, в мир. «Я-самость» как данность и представленность самой личности является первым выражением самого себя.

В свою очередь, Я-концепция возникает уже как вторичное образование типологического характера, так как осуществляет интеграцию в структуре личности, создавая ее типологию. При этом Я-концепция как функциональное образование максимально индивидуализирована и носит субъективный характер.

Обобщив имеющиеся в современной отечественной психологии данные относительно Я-концепции, А. В. Иващенко, В. С. Агапов и И. В. Барышникова выделили различные подходы к изучению этого феномена. Среди них, в частности, следующие:

  • — экзистенциальный, предметом исследования в котором является экзистенциальное Я, содержащее ощущение себя субъектом деятельности, способ переживания себя субъектом собственной жизни;
  • — субъект-объектный, предполагающий наличие отношений к себе, другим, миру в целом, что находит выражение в различных типах осознания связи Я — общество, где с одной стороны, Я выражает субъективную сторону личности, а с другой, выступает как объект психической реальности;
  • — смыслодинамический, отражающий процессы смыслоо- бразования, осознания смыслов, которые раскрываются в глубоких личностных переживаниях, в ситуациях перестройки, «ломки» Я-концепции;

— этический, вскрывающий проблему отношения человека к миру в контексте его ответственности перед собой и перед другими [87].

Как убедил нас анализ психологических исследований, несмотря на то что изучению феномена Я-концепции личности на сегодняшний день посвящено достаточно большое количество работ, выполненных в русле весьма разноплановых теорий, приходится констатировать тот факт, что в современной психологической науке до сих пор не существует универсального определения Я-концепции и единства в общепринятой терминологии. Разными авторами данное личностное образование трактуется по-разному, в контексте разной проблематики и в связи с достаточно широким кругом различных понятий, среди которых «самосознание», «образ Я», «самоотно- шение», «смысл Я», «идентичность» и др. При этом отдельные авторы употребляют эти понятия как синонимы, тогда как другие пытаются установить их иерархию.

Так, обращаясь к существующему многообразию подходов к проблеме «Я» и вытекающему из этого смешению терминологии, отметим, что в ряде работ феномен Я-концепции отождествляется с Эго-идентичностью (Э. Эриксон, 1996), образом Я (И. С. Кон, 1978), смыслом Я (В. В. Столин, 1983), общей самооценкой (А. В. Захарова, 1989, 1989 и др.) и т. п.

На наш взгляд, принципиально важным аспектом изучения проблемы Я-концепции является выявление связи между самосознанием и Я-концепций.

Следует заметить, что на протяжении достаточно длительного времени в эти понятия вкладывался схожий смысл, только одно из них — «самосознание» обычно использовалось отечественными специалистами, в то время как другое — «Я-концепция», как правило, употреблялось зарубежными авторами. К примеру, А. Г. Спиркин определял самосознание как сознание, направленное на себя; как совокупность всех знаний человека о себе, предполагающую самооценку [183], что вполне созвучно трактовке термина Я-концепция в зарубежной психологии [33].

Практически одинаковым содержанием наполняет эти понятия В. А. Аверин, употребляя термин «самосознание» как аналог «Я-концепции», подчеркивая следующее соотношение: самосознание есть совокупность представлений личности о себе, выражающаяся в ее Я-концепции, и самооценка, т. е. оценка личностью этих представлений [5, 6].

Однако в современной психологии существует и иная точка зрения, согласно которой понятия «Я-концепция» и «самосознание» принято разводить и вкладывать в них несколько различный смысл, при указании, правда, на их тесную взаимосвязь.

В частности, как полагает И. И. Чеснокова, самосознание нужно рассматривать как сложный психический процесс, сущность которого состоит в восприятии личностью многочисленных образов самой себя в различных ситуациях деятельности и поведения во всех формах взаимодействия с другими людьми и в соединении этих образов в единое целостное образование — представление, а затем и понятие своего собственного Я как субъекта, отличного от всех других субъектов. В результате актов самосознания, по мнению И. И. Чесноковой, формируется совершенный, глубокий и адекватный образ собственного Я [201].

Иными словами, самосознание понимается как процесс, в ходе которого происходит накопление человеком знаний о самом себе и посредством которого, к тому же, становится возможным появление у него определенного самоотношения. Все эти знания и отношения к самому себе интегрируются в динамичном личностном образовании Я-концепции, являющимся итоговым результатом — продуктом процесса самосознания и важным фактором, влияющим на поведение личности [159, 161, 162].

В свою очередь Я-концепцию определяют как относительно устойчивую, более или менее осознанную, переживаемую как неповторимую систему представлений человека о самом себе, на основе которой он строит свое взаимодействие с другими людьми и отношение к самому себе (Р. Бернс, 1986; К. Роджерс, 1994 и др.). При этом, как отмечает Р. Бернс, Я-концепция является менее нейтральным понятием, нежели самосознание, поскольку включает в себя оценочный компонент [33].

Известно, что своим возникновением термин «Я-концепция» обязан представителям когнитивной психологии, которые рассматривали Я-концепцию как схематизированную самость, где под самостью понимают все то, что индивид считает собой и своим, а под схематизацией процесс осмысления и организации своего опыта посредством схемы — познавательной структуры, организующей и управляющей восприятием индивида

[165]. Общее для всего когнитивного направления обращение к идее категоризации, в частности, к проблеме категории Я привело к возникновению в рамках данного подхода множества разных теорий, в центре которых стояли аспекты рефлексивного Я. При этом анализ структурных компонентов Я велся по самым разных основаниям. К примеру, они могли отражать:

  • — различные уровни объективированности тех или иных Я-представлений (реальное, идеальное, должное, желаемое Я и т. п.);
  • — возможные изменения Я (устойчивое и высоко динамичное, жесткое и гибкое и т. п.);
  • — различные фокусы субъективного внимания (физическое и интеллектуальное Я, осознанное и неосознанное, подлинное и ложное и т. п.) [27].

В то же время практически параллельно с интересом к рациональным аспектам Я наметилась тенденция к рассмотрению и его эмоциональных (аффективных) аспектов.

В результате, по оценкам специалистов, на сегодняшний день сложилось мнение, согласно которому большинство исследователей склонны отводить когнитивным и аффективным аспектам Я роль самостоятельных, хотя и тесно связанных друг с другом структурных компонентов.

Типичным примером подобного подхода является теория Дж. Вине, который считает необходимым разделить Я-концепцию и самооценку. Я-концепция определяется им как восприятие себя в терминах личной атрибуции и различных ролей, тогда как самооценка — как ценностная характеристика, имеющая отношение к личной удовлетворенности ролью и качеством ее исполнения в той или иной ситуации [27]. Как можно видеть, в этом подходе когнитивные и оценочные характеристики тесно взаимосвязаны между собой, и единственный вопрос заключается в том, является ли Я-концепция чисто когнитивным образованием в рамках более общего процесса самовосприятия или же она оказывается структурой, в которую входят как когнитивные представления индивида о себе, так и самооценка.

Заметим, что вторая точка зрения находит свою реализацию в подходе другого автора — С. Эпштейна, согласно подходу которого в Я-концепции можно выделить два аспекта: преимущественно когнитивный и преимущественно аффективный. Когнитивный аспект представляет собой наивную теорию, которую человек развивает относительно самого себя. Эта составляющая Я-концепции внутренне согласована и относительно стабильна. В свою очередь, аффективный аспект соответствует самопринятию, самоуважению и отражает то, как субъект относится, эмоционально переживает и оценивает себя [27].

Однако наибольшую популярность в современной психологии получил подход Р. Бернса.

Исходя из понимания Я-концепции как совокупности всех представлений личности о себе, сопряженной с их оценкой, в рамках своей теории Р. Бернс выделяет в структуре Я-концепции три основных компонента, а именно:

  • 1) описательная составляющая или образ Я — когнитивный компонент, включающий все знания индивида о самом себе, значимость и иерархия которых могут меняться в зависимости от контекста, жизненного опыта и просто под влиянием момента (в трактовке У. Джемса Я как объект);
  • 2) эмоциональный (аффективный) компонент — эмоционально-ценностное отношение к себе или самооценка, которая может обладать различной интенсивностью, поскольку конкретные черты образа Я могут вызывать более или менее сильные эмоции, связанные с их принятием или осуждением (в трактовке У. Джемса Я как субъект);
  • 3) поведенческий компонент — потенциальные поведенческие реакции, порождаемые образом Я индивида и его самооценкой (Р. Бернс, 1986), которые иногда рассматривают как самопрезентацию личности, направленную на подтверждение когнитивных и аффективных аспектов [27].

Заметим, что, описывая данную структуру Я-концепции, Р. Бернс особо подчеркивает тот факт, что образ Я и самооценка поддаются лишь условному различению, так как в психологическом плане они неразрывно взаимосвязаны. Кроме того, поскольку образ и оценка своего Я предрасполагают человека к определенному поведению, с точки зрения автора, глобальную Я-концепцию можно рассматривать в виде иерархической системы, как совокупность установок индивида, направленных на самого себя и имеющих различные модальности. Среди этих модальностей в качестве основных Р. Бернс выделяет следующие:

1) Я-реальное — установки, связанные с восприятием личностью своего актуального положения, качеств и возможностей, которыми она обладает на самом деле;

  • 2) Я-идеальное — установки, связанные с представлениями о том, каким человек хотел бы стать — так называемый идеал самого себя (сразу же оговоримся, что некоторые современные авторы наряду с Я-идеальным выделяют также и еще одну модальность — Я-антиидеальное, под которой понимают представления человека о том, каким бы он не хотел стать [107];
  • 3) Я-зеркальное или социальное — те установки, которые связаны с представлениями человека о том, как и каким его видят другие.

При этом каждая модальность, как подчеркивает Р. Бернс, включает в себя ряд аспектов, среди которых есть Я-физическое, Я-интеллектуальное, Я-волевое, Я-эмоциональное и др. Кроме того, содержание Я-концепции включает различного рода воспоминания личности (о своих поступках, переживаниях, событиях со своим участием), а также вещи, принадлежащие индивиду, т. е., по сути, все характеристики, имеющие отношение к Я.

Более сложная структура Я-концепции описана в работе А. В. Иващенко, В. С. Агапова и И. В. Барышниковой, которые выделяют в Я-концепции четыре компонента: к когнитивному, эмоциональному и поведенческому компонентам, обозначенным Р. Бернсом, они предлагают добавить еще и волевой компонент (А. В. Иващенко, В. С. Агапов, И. В. Барышникова, 2002) [87], который в отечественной психологии рассматривается как сложная динамическая система психической регуляции деятельности субъекта, направленной на достижение цели, как сложная функциональная система интегрированных воедино аффективных и когнитивных процессов. Вместе с тем некоторые авторы (К. В. Муравьева, Е. С. Шилыптейн, 2000) [125] указывают на наличие в Я-концепции ролевого компонента, который, в частности, отражает позиции, занимаемые Я по отношению к миру других людей.

Напротив, более простую, а именно двухкомпонентную структуру Я-концепции предложил К. Роджерс. Придерживаясь феноменологического подхода к пониманию личности человека, автор рассматривал Я-концепцию как часть системы индивидуальных представлений о мире. При этом, основываясь на данных своей практики, К. Роджерс пришел к выводу, что движущей силой развития личности является ее стремление к более совершенному с ее точки зрения Я, которое он назвал Я идеальное. Помимо Я идеального в структуре Я-концепции имеется еще и Я реальное, и оба этих компонента есть не что иное как субъективные представления личности о себе [153].

Несколько иной подход к пониманию Я-концепции обозначил Т. Шибутани. В его изложении Я-концепция — это частный случай так называемой персонификации — обобщенного представления о человеке как личности у окружающих его людей. А поскольку персонификация есть разновидность значения, Я-концепция или персонификация себя, по мнению Т. Шибутани, есть значение самого себя для себя [205]. Однако и в этом случае, как и с позиций К. Роджерса, Р. Бернса и других вышеперечисленных исследователей, Я-концепция выступает в качестве особого субъективного феномена с индивидуальным содержанием, сутью которого оказывается обобщенная версия себя как объекта для себя как субъекта.

Кроме того, анализ психологических исследований показал, что целая группа авторов представляют Я-концепцию как систему из двух составляющих: персональной (личностной) и социальной идентичности (В. С. Агеев, 1990; Е. П. Белинская, О. А. Тихомандрицкая, 2009; Н. Tajfel, 1982; J. Turner, 1985 и др.). Так, согласно теории социальной идентичности Г. Тэдшфела — Дж. Тернера первая из этих составляющих предполагает самоопределение в терминах физических, волевых, интеллектуальных и иных качеств и черт, как индивидуальных характеристик личности, подчеркивающих ее отличие от других, тогда как вторая составляющая складывается из отдельных социальных идентификаций и связана с принадлежностью личности к различным социальным группам, т. е. включает такие характеристики, которые подчеркивают ее подобие с другими людьми — представителями групп членства. При этом социальная идентичность личности сама, в свою очередь, предполагает наличие нескольких структурных компонентов — отдельных идентичностей, определяемых принадлежностью человека к разным социальным группам и категориям: полу (гендерная идентичность), этносу (этническая идентичность), профессии (профессиональная идентичность), религии (религиозная идентичность) и др. [164].

К сказанному следует добавить, что Я-концепция человека представлена самому субъекту и окружающим его людям в категориях, предусматривающих то или иное соответствие человека социально обусловленным нормативным требованиям, в связи с чем на первый план в ее содержании, как правило, выходят, прежде всего, те характеристики, которые имеют особое значение в данной культуре [154], определяют приоритетные виды субъективной активности личности [4]. Вместе с тем установлено, что структура Я-концепции строится и по степени важности и осознанности ее содержательных аспектов, поэтому более высокой степенью значимости наделяются те области жизнедеятельности, в которых человек добился успеха или в которых от него ожидаются особые достижения (Р. Бернс, 1986; И. С. Кон, 1978; Т. Шибутани, 1998 и др.).

В целом обобщение имеющихся в современной психологии данных позволило нам выделить ряд характерных признаков и критериев, по которым, как правило, могут различаться индивидуальные Я-концепции и все ее составляющие. Среди них: позитивность / негативность, стабильность / изменчивость, сложность, точность, разнообразие элементов, логическая согласованность различных компонентов и самохарактеристик, их психологическая значимость и др. Кроме того, ссылаясь на имеющиеся данные, Р. Бернс особо подчеркивает мысль о том, что Я-концепция, как и все ее компоненты, независимо от того, лежат ли в их основе собственные суждения человека о себе или интерпретации суждений других людей, индивидуальные идеалы или культурно заданные стандарты, всегда носят субъективный характер [33]. И это положение, согласно утверждению Л. Э. Семеновой [160], позволяет понять необоснованность существования такой характеристики Я-концепции и ее компонентов как адекватность, на которую указывают некоторые авторы, говоря, к примеру, о завышенной, заниженной или адекватной самооценке.

По оценкам многих специалистов, как зарубежных (Р. Бернс, 1986; Д. Майерс, 1998; Г. Крайг, 2000; Ньюкомб, 2003), так и отечественных (И. С. Кон, 1984, 1999; Ж. А. Максименко, 2008; К. В. Муравьева, Е. С. Шилыптейн, 2000; Н. К. Радина, 1998; А. А. Реан, Я. Л. Коломинский, 1999; Л. Э. Семенова, 1999 и др.). Я-концепция представляет собой центральную личностную структуру, детерминирующую все психические процессы и оказывающую воздействие на всю жизнедеятельность человека. Именно в ней уже начиная с детского возраста отражается качественное своеобразие внутреннего мира личности, и именно она с момента своего зарождения становится существенным фактором личностного развития индивида. Иными словами, как некий субъективный конструкт Я-концепция является тем «внутренним условием», которое, как говорил С. Л. Рубинштейн, определяет характер активности человека при действии внешних условий [155].

В частности, по мнению Р. Бернса, Я-концепция личности играет троякую роль: способствует достижению внутренней согласованности личности, определяет характер индивидуальной интерпретации опыта, служит источником ожиданий человека, т. е. представлений о том, что должно произойти.

Рассмотрим эти функции несколько подробнее.

Итак, во-первых, Я-концепция является средством обеспечения внутренней согласованности личности. Как показывают психологические исследования, для человека очень важно, чтобы его представления о самом себе не противоречили друг другу. Поэтому, если новый опыт самовосприятия согласуется с уже существующими представлениями о себе, он легко входит в Я-концепцию. Если же новые сведения о себе противоречат содержанию Я-концепции, личность старается от них избавиться, игнорирует их. Причем, как подчеркивает Л. Э. Семенова, этот факт оказывается справедливым не только в отношении негативной, но и позитивной информации о самом себе и позволяет, в частности, понять, почему порой бывает невозможно изменить отрицательное мнение личности о себе путем сообщения ей новой противоречащей сложившимся внутренним установкам информации, свидетельствующей о наличии у нее положительных качеств или способностей [160].

Во-вторых, Я-концепция интерпретирует индивидуальный опыт личности. Так, к примеру, в зависимости от своей Я-концепции люди могут совершенно по-разному воспринимать и осмысливать одно и то же событие: при негативной Я-концепции, как правило, присутствует негативная интерпретация, тогда как положительная Я-концепция способствует позитивной интерпретации, ведет к самоактуализации, вселяет в человека уверенность, дает ему ощущение самоэффективности [116, 153].

В-третьих, Я-концепция выступает как совокупность ожиданий индивида в отношении самого себя, т. е. определяет представления личности о том, что должно произойти. Иными словами, существующие, исходя из представлений о самом себе, ожидания во многом определяют характер действий и поступков человека. Заметим, что некоторые исследователи именно эту функцию считают центральной [32].

В качестве дополнительных функций Я-концепции в современной психологии называют следующие [165]:

  • — обеспечение самотождественности, организации индивидуального опыта, путем создания ощущения целостности и временной протяженности Я в меняющихся условиях;
  • — интеграция переживаний и опыта, имеющего отношение к личности;
  • — защитные стратегии Я-концепции, осуществляющие регуляцию чувств в отношении себя, среди которых выделяют:
    • а) «самоутверждение», поиск тех областей, где Я выглядит более благосклонно (К. Стил);
    • б) самоверификация — поиск людей, способных дать позитивную обратную связь (У. Суон);
    • в) избирательное социальное сравнение с теми, кого превосходят в значимых для Я областях, или с теми, кто превосходит в незначимых для Я областях, так чтобы в их отраженной славе можно купаться без ущерба для своего Я (Л. Фестигнер);
    • г) самомониторинг — управление своим поведением с целью произвести благоприятное впечатление (М. Снайдер).

Как убедил нас анализ научных первоисточников, в современной психологии общепринятым считается теоретический постулат о социальной обусловленности процесса становления Я-концепции, которая, как показывают многочисленные исследования зарубежных и отечественных авторов, складывается под воздействием различных внешних социокультурных влияний макро- и микро- уровня; при этом особенно важными признаются контакты со значимыми другими, определяющие специфику представлений личности о самой себе.

Так, в плане социокультурной обусловленности процесса развития Я-концепции В. В. Столин выделяет следующие феномены.

  • 1. Принятие точки зрения другого на себя. В процессе межличностного взаимодействия индивид усваивает значимые для него точки зрения других людей и, присваивая их, конструирует свою Я-концепцию. При этом, как полагает автор, индивид обычно еще в детстве усваивает:
    • — ценности, параметры оценок и самооценок, нормы;
    • — образ самого себя, как носителя определенных способностей и качеств;
  • — отношение к себе родителей, выражаемое ими посредством эмоциональных и когнитивных оценок;
  • — самооценки самих родителей, т. е. самооценка родителей или одного из них может стать прообразом самооценки ребенка;
  • — способ регуляции поведения ребенка родителями и другими взрослыми, который становится способом саморегуляции.
  • 2. Прямое и косвенное внушение ребенку со стороны родителей оценок, норм, стандартов, способов поведения.
  • 3. Трансляция ребенку со стороны родителей конкретных оценок, стандартов, что формирует у ребенка уровень ожиданий и уровень притязаний. Если они реалистичны, т. е. соответствуют возможностям ребенка, то, достигая их, он повышает и свою самооценку, свой уровень притязаний, формируя тем самым позитивную Я-концепцию.
  • 4. Система контроля за ребенком, который может осуществляться либо по линии предоставления ему автономии, либо по линии жесткого контроля и двумя способами: либо поддержанием страха перед наказанием, либо вызыванием чувства вины и стыда. Наконец, контроль может быть абсолютно последовательным, либо случайным и непредсказуемым. При этом автор утверждает, что с точки зрения формирующейся Я-концепции важно отдавать себе отчет, как система контроля, используемая родителями или другими людьми, трансформируется в систему самоконтроля за поведением у самого ребенка. Например, жесткая дисциплина преобразуется в самодисциплину, а контроль с помощью страха превращается в самоконтроль с постоянной оглядкой на мнение других и избеганием негативных мнений о себе.
  • 5. Система межкомплиментарных отношений. В данном случае речь идет о характере отношений, складывающихся между родителями и ребенком, которые могут предполагать:
    • — равенство общающихся,
    • — функциональное неравенство, т. е. неравенство, задаваемое ситуацией, статусами общающихся,
    • — систему трансакций — действий субъекта, направленных на другого с целью вызвать в нем желаемое субъектом состояние и поведение (например, трансакции по Э. Берну).

Как подчеркивает В. В. Столин, очевидно, что чаще всего отношения между родителями и ребенком предполагают функциональное неравенство, но с возрастом они могут меняться на более равноправные.

  • 6. Вовлечение ребенка в реальные взаимоотношения в семье. Автор отмечает роль семьи в формировании Я-концепции ребенка. В этом плане в первую очередь он характеризует так называемую семейную идентичность, т. е. совокупность представлений, планов, взаимообязанностей, намерений, которые создают семейное «Мы». Именно это семейное «Мы», как полагает В. В. Столин, входит в содержание индивидуального «Я» ребенка. Кроме того, Я-концепция ребенка будет определяться и психологической структурой семьи, т. е., той невидимой сетью требований, предъявляемых членами семьи друг другу. В связи с этим все существующие семьи можно разделить на семьи с жесткими непроходимыми границами между ее членами, где родители чаще всего ничего не знают о жизни ребенка, и только какое-то драматическое событие может активизировать внутрисемейное общение (такая структура — барьер на пути формирования у ребенка семейной идентичности, поскольку ребенок как бы исключается из семьи), и семьи с диффузными, спутанными границами (псевдовзаимные семьи), где поощряется выражение только теплых, любящих, поддерживающих чувств, тогда как враждебность, гнев, раздражение и другие негативные чувства всячески скрываются и подавляются (такая недифференцированная семейная структура создает у ребенка трудности в самоопределении, в формировании его «Я», развитии самостоятельности).
  • 7. Идентификация как один из механизмов становления Я-концепции посредством уподобления личностью себя в форме переживаний и действий другому лицу.

Как можно видеть из вышеприведенного списка факторов развития Я-концепции, предложенного В. В. Столиным, первостепенное значение среди них придается отношениям между ребенком и родителями, при этом особо автором отмечаются следующие моменты:

  • — большинство родителей, конечно, любят своих детей и различия существуют только в том, как часто и насколько открыто они выражают это чувство;
  • — весьма отрицательно сказывается проявление со стороны родителей безразличия к ребенку, даже ругая и наказывая его, они приносят меньший вред, нежели проявляя к нему полное безразличие;

— высокой самооценке ребенка препятствует высокая авторитарность в отношениях родителей с детьми (В. В. Столин, 1983).

В целом, как показывает анализ психологической литературы, аналогичной точки зрения относительно семейных влияний на процесс развития Я-концепции личности и ее отдельных компонентов придерживаются и многие другие специалисты, исследования которых убедительно доказывают тот факт, что взаимоотношения в семье являются самым мощным фактором становления системы Я ребенка, а следовательно, и его личности.

Р. Бернс объясняет это следующими причинами: во-первых, основа Я-концепции закладываются в раннем детстве, когда главными значимыми другими для ребенка являются родители, взаимодействие с которыми обеспечивает обратную связь, необходимую для возникновения и развития представлений о себе; во-вторых, родители имеют уникальную возможность влиять на развитие Я-концепции ребенка, поскольку он зависит от них физически, эмоционально и социально [33].

Следует заметить, что одним из первых, кто описал влияние способов социализации, применяемых родителями, на становление самооценки у детей был Куперсмит (1967). В частности, по полученным им данным, родители детей с высокой самооценкой были более принимающими и вовлеченными, предпочитали не использовать принудительные (физические) меры дисциплины, а практиковали обсуждение, хотя в то же время настаивали на постоянном и последовательном выполнении правил, поощряли своих детей в поддержке существующих норм поведения, постоянно проявляли демократичность по отношению к мнению ребенка по разным текущим вопросам и т. п. [33].

Однако, признавая значимость социально-психологических факторов в плане становления Я-концепции, современные исследователи выделяют и некоторые другие источники этого личностного образования, среди которых, в частности, следующие:

  • 1) внешние оценки любых значимых лиц (не обязательно родителей), отношение к личности со стороны педагогов, сверстников, близких друзей и других авторитетных людей;
  • 2) индивидуальный опыт поведения и деятельности субъекта (оценка своих поступков и результатов);
  • 3) социальное сравнение — сравнение себя, своих возможностей и личностных особенностей с другими людьми (Л. Фестингер);
  • 4) сравнение Я-реального и Я-идеального;
  • 5) временное сравнение, т. е. сравнение себя в прошлом, настоящем и возможном будущем.

Как показывает анализ психологической литературы, относительно разных видов сравнения как возможных источников Я-концепции на сегодняшний день в психологии существуют любопытные данные. Так, согласно мнению А. Уилсона и М. Росса, люди, как правило, мотивированы сравнивать себя с похожими людьми. Поэтому и сам характер сравнения обусловлен спецификой мотивации: если человек заинтересован в точной оценке своих качеств, он прибегает к социальному сравнению, а если нуждается в повышении самооценки — к временному. При этом, как полагали авторы, люди, добившиеся известности, гораздо чаще прибегают к временному сравнению, дабы не уязвлять социальными сопоставлениями менее успешных сограждан [165].

Что же касается сопоставления или соотношения модальностей реального и идеального Я, то, судя по имеющимся публикациям, эта проблема вызывает большой интерес как в зарубежной (Р. Бернс, 1986; М. Кирай-Деваш, 1983; К. Роджерс, 1994; А.Фрейд, 3. Фрейд, 1997; К. Хорни, 1993; Т. Achenbach, Е. Zigler, 1963; Н. Kohut, 1983; Р. N. Ornstein, 1978 и др.), так и отечественной (Т. В. Архиреева, 2005; Л. В. Москвичева, 2003; Л. Э. Семенова, 1999 и др.) психологии. При этом наиболее детально проблема Я-реального и Я-идеального расхождения проработана и изучена в русле психоаналитической, когнитивной и гуманитарной психологии. Причем в каждой из них суть и значение этого расхождения понимается по-разному.

Так, в психоаналитических теориях говорится о развитии так называемого сверх-Я — высшей инстанции в структуре человеческой психики, выполняющей роль внутреннего цензора [194]. По мнению А. Фрейда и 3. Фрейда, сверх-Я и Я-идеал — это одно и то же явление, а его формирование — необходимый этап развития личности. При этом излишне сильное расхождение Я и сверх-Я становится причиной личностных конфликтов.

Практически аналогичной точки зрения придерживалась в своих работах и К. Хорни, которая связывала расхождение этих модальностей с возникновением негативных и разрушающих личность переживаний, к примеру, чувства ненависти к самой себе. По словам К. Хорни, это негативное чувство есть не что иное, как проявление гнева, который Я-идеальное ощущает по отношению к Я-реальному за то, что оно не такое, каким «должно» быть. Именно в чувстве ненависти к себе автор видела величайшую трагедию человеческой души; в стремлении к абсолюту индивид начинает себя разрушать [196].

В то же время в современном психоанализе [226] особо подчеркивается тот факт, что развитие Я-идеального представляет собой интериоризацию личностью внешних ценностей и идеалов значимых других, прежде всего, родителей.

В свою очередь, представители когнитивной психологии, рассматривающие Я-концепцию как схематизированную самость, где под самостью понимают все то, что индивид считает собой и своим [165], высказывают мнение, что обязательное расхождение Я-реального и Я-идеального сопровождает любое нормальное развитие индивида [219]. Известно, что по мере взросления индивида к нему предъявляется все больше и больше требований, которые постепенно интериоризиру- ются, становятся внутренними, что, как следствие, и приводит к тому, что личность начинает видеть гораздо больше различий между своим Я-реальным и Я-идеальным. Кроме того, по оценкам специалистов этого психологического направления, высокоразвитая личность обязательно подразумевает и высокую степень когнитивной дифференциации, т. е. такая личность склонна отыскивать в своей Я-концепции множество разных тонких нюансов. Соответственно, высокая дифференцированность закономерно приводит к возникновению существенного расхождения между Я-реальным и Я-идеальным, что не обязательно свидетельствует о личностном неблагополучии. В частности, проведенные представителями этого направления исследования показывают, что люди, имеющие более высокие показатели социальной зрелости, имеют и более значительные коэффициенты расхождения модальностей реального и идеального Я.

В противовес психоаналитическому и когнитивному подходам, в которых расхождение между Я-реальным и Я-идеальным в основном рассматривается как вполне нормальное явление, представители гуманистической психологии подчеркивали его негативный характер. Только конгруэнтность этих модальностей обеспечивает наличие у личности позитивной Я-концепции, усиливающей возможность ее социальной адаптации, тогда как сильное расхождение Я-реального с Я-идеальным становится серьезным препятствием на пути личностного роста (К. Роджерс, 1994).

В целом, резюмируя вышесказанное, отметим, что в настоящее время большинство исследователей сходятся на том, что большое расхождение между реальным и идеальным Я ведет к депрессии, обусловленной недостижимостью идеала, в то время как полное сходство (слипание) реального и Я идеального свидетельствует об общей растерянности личности, а в ряде случаев служит показателем наличия у нее ряда психических расстройств [33].

Кроме того, по словам Т. В. Архиреевой, расхождение между Я-реальным и Я-идеальным отражает степень критического отношения человека к себе и одновременно задает направление для его самосовершенствования. Однако это расхождение, как утверждает автор, все же не должно быть слишком большим, т. е. идеалы должны быть вполне реальными, достижимыми, поскольку излишняя самокритичность может привести к затруднениям в социальной адаптации. Напротив, малое расхождение модальностей реального и идеального Я свидетельствует о несформированности критического отношения личности к себе и о незрелости ее Я-концепции [22].

Итак, подводя итог проведенному нами обзору различных подходов к рассмотрению Я-концепции, отметим, что в своей работе мы будем опираться на подход Р. Бернса и пользоваться предложенной им структурой этого феномена, который включает в себя три основных компонента — образ Я, самооценка и обусловленное ими поведение личности, а также предполагает наличие по крайней мере трех / четырех наиболее значимых модальностей — Я-реальное, Я-идеальное / Я-антиидеальное, Я-зеркальное. Также мы считаем важным подчеркнуть и тот факт, что Я-концепция, как и все ее компоненты, носит субъективный характер, а, следовательно, критерии «объективности — необъективности», «адекватности — неадекватности» к ней применимы быть не могут, тогда как используемые большинством авторов критерии «позитивности — негативности», «богатства и бедности содержания» и некоторые другие, на наш взгляд, являются вполне уместными.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >